Непутёвые заметки о Валь Торанс (Val Thorens) и настоящая живая легенда Камий Рей

       С одной стороны  - было приятно с экрана телевизора увидеть знакомые пейзажи, и даже балкон своего шале в креслах на котором еще 2 недели назад загорал под альпийским солнцем.
      Но с другой стороны бросилось в глаза следующее. Автор , как и вся съемочная группа практически никакой передачи не делали! * Просто все отдыхали наслаждаясь лыжами, горами, Тремя Долинами. да и французской кухней.
     Сюжетов по большому счету никаких не сделано, никто находясь там ни разу в руки микрофон даже не взял.  *так только несколько видео зарисовок, которых с натягом хватило на 6 минут.
  И судя по всему, уже в студии, в Москве на эти ролики наложили комментарии...
Может так и надо работать? Может это я неправильно живу?
А сам по себе Валь Торанс прекрасен. спорить не стоит с этим! 

 

В передаче промелькнула коротенько про некоего Мистера Камий...
Вот  полная история возникновения Валь Торанс...
Будучи в следующий раз в Валь Торанс обратите внимание на живую легенду - Камий Рей. 

           Реальными легендами тут считают другое заведение - обычный ресторан Les Aiguilles de Peclet, расположенный на высоте 3000 метров у подножия ледника Пекле, и его владельца Камия Рея. Сюда приходят не столько ради савойских рецептов бабушки Камия, которому сейчас самому под восемьдесят, сколько для того, чтоб перекинуться парой слов, а то и разбогатеть целой историей ни много ни мало от одного из отцов-основоположников, фактически, всего Валь-Торанса.

       Камий не просто обаятельнейший голубоглазый старик, открывший в 1982 году самый высокогорный по тем временам ресторан во французских Альпах. Десятью годами ранее именно он открыл самый высокогорный в Европе горнолыжный курорт на 2300 метрах! Отпрыск и внук фермеров из Сан-Мартен-де-Бельвиль, Камий еще успел погонять скотин на пастбище на месте сегодняшнего Валь-Торанса, а перебрался сюда совсем в 1971 году, когда последней деревней в долине был Менюир, где он работал гидом и лыжным инструктором.

Ему было 30, когда совместно с супругой они отважились на эту авантюру. В Менюире Камий работал обыденным инструктором и гидом, водил людей в горы, обучал новичков, когда ему предложили создать свою школу в Валь-Торансе. Он согласился не медля, несмотря на то, что семь его братьев и обе сестры как один отговаривали его от данной затеи, говорили, что даже скотин не загонишь на такую высоту. Камий, меж тем, увлекся самой идей оказаться первым, он хотел закрепиться и создать что-то в Валь-Торансе вопреки недоумевающим соседям из Сан-Мартена и своим родственникам.

           "Это тяжело сейчас себе представить, но тогда мы начинали с пустого места, - вспоминает Камий. - Тут была снежная пустыня, но место было вправду уникальным, и я знал, что катание будет умопомрачительным! На данной высоте хороший снег с ноября по май, а эта экспозиция дозволяет вам кататься на солнце весь день!". Естественно, начало было совершенно не легким, и почти все обитатели долины думали, что проект сотворения Валь-Торанса обречен с самого начала. Но Камию было все равно, он хотел быть еще ближе к горам и поэтому поднялся в Валь-Торанс тогда, когда люди, жившие тут, были быстрее исключением, а не правилом.

           Собственных первых клиентов в Валь-Торансе Камий гонял кататься на лыжах даже летом, на ледник Пекле. Там, совместно с товарищами, на маленьком бензиновом двигателе он умудрился сделать что-то вроде бугельного подъемника с тросом, но без швабр. На нем и поднимались все лето, а по осени сворачивали все и тащили на себе вниз. "Тогда было совсем здорово все, что бы ни происходило, - говорит Камий. - Зимний сезон 1972 года на высоте 2300 метров мне вообще до сих пор снится. Нас было всего трое инструкторов на курорте. В Рождество было, быть может, еще десяток клиентов. Атмосфера была восхитительная, Валь-Торанс был вполне наш!".

С тех пор курорт превратился в один из огромнейших и самых фаворитных горнолыжных центров Европы, о чем нынешний Камий все-таки незначительно сожалеет: "естественно, Валь-Торанс стал тем умопомрачительным местом, о котором мы желали и где стремятся оказаться люди со всего мира, но обычный уклад жизни сильно поменялся, мы утратили дух малеханькой горной деревушки...".

            Отчасти потому, отчасти из-за того, что не мог усидеть на месте, Камий решил в какой-то момент взяться за сохранение этого духа и открыл в 1982 году ресторан у подножия того самого ледника Пекле, на высоте 3000 метров. Он просто однажды спустился оттуда после катания с очередными клиентами и произнёс супруге, что желает открыть там ресторан. Та покрутила пальцем у виска, но как и десятью годами ранее последовала за мужем.

           Его ресторан сейчас - чуть ли не основная гастрономическая достопримечательность Валь-Торанса. "У меня тут традиционные савойские блюда, бабушкины и мамины рецепты и вообще все по старинке - и мебель, и меню, и даже форменная одежда, - говорит Камий, поправляя на голове дедовский берет. - Они вот лишь незначительно не вписываются (указывает на двух непальских шерп, работающих в ресторане), но нет сил уже расстаться - прикипел". Шерпы увязались за Камием в Непале, когда тот совершал там восхождение. Сейчас работают у него в ресторане зимой, а на лето уезжают домой. Сам Камий практически все лето так и проводит в Валь-Торансе, только изредка уезжая на юг Франции к морю порыбачить, и готовит Les Aiguilles de Peclet к следующей зиме, которую ожидает всякий раз как ту первую, в 1972-ом.